Рекламный баннер 900x60px top
ВалютаДатазнач.изм.
USD 19.10 71.17 -0.0657
EUR 19.10 82.46 -0.2684
Архив номеров

Несладкая жизнь

2015-07-09

Жительница Шира Галина Васильевна Грудцына позвонила в редакцию, позвала к себе журналиста. Живет она на улице Минусинской. Дом у речки на возвышенности, отсюда хороший вид на озеро Орлово. Заполучив собеседника, хозяйка рада возможности предаться воспоминаниям, выговориться, рассказать о своей жизни.
– Я с 29-го года рождения. Года два мне было, когда родителей сослали. Что помню о ссылке? Знаю только со слов тяти. В семье четверо детей, я – самая младшая. Жили где-то за Чулымом, а сослали в Идринский район, отобрав все: дом, хозяйство, нажитый скарб. В тайге гарь прошла, туда и отправили сразу несколько семей. Мужики все работящие, хозяйственные. Огляделись, стали строить бараки. Чтобы частный дом – боже упаси. Каждой семье по углу, посредине русская печь. Построили, целая улица образовалась. Мне уже семь лет было, запомнила, как старший брат Михаил уходил – его со ссылки за хорошую работу, как ударника труда, отпустили. До сих пор перед глазами саночки, на них маленькая котомочка. Мы провожаем его с мамой. Остановились попрощаться. Потом он спустился в лог, поднялся наверх и скрылся с глаз. Он устроился на рудник Знаменитый к материной сестре. Михаил погиб в Финскую войну. Брат Павел Васильевич Сидоров в Коммунаре всю жизнь прожил, работал на шахте. Люди всегда хорошо отзывались о нем, он у нас самый бошковитый был, во всех документах разбирался, помогал, кому заявление, кому справки собрать. В войну служил на Дальнем Востоке на флоте.
Так вот все и уходили с мест ссылки. И у нас – тележка с котомкой. Сестру Зою не отпустили, так они с девчонкой сговорилась и сбежали. Поймали – осудили на четыре года. Плакала да отбывала срок. С Мишей Филюшкиным сейчас в одной оградке лежат, могилка ухоженная.
Моего отца Сидорова Василия Александровича сиротой взяли в дети, кто вырастил, тот и фамилию дал. Родной отец Аверьян был, так сестра из Екатериновки по родному отцу навеличивала. Хлопотала за нас: мама больная, тятя слепой, а мы маленькие. Отца уже слепого ссылали. Когда веяли, засорил глаз, лечиться надо. А в деревне какие врачи? Самовольно уедешь – посадят.
Тятя всегда говорил: «Галька – несчастный у нас человек!» А кто, тятя, у нас счастливый был?
Детство не в родном доме прошло. Мать болела-болела да умерла. В восемь лет осталась без матери. Что хорошего видела? С мужем жизнь несладкая была. На Колчаново жили, он с братом дружил, тут и сосватали меня. Тятя отговаривал – не послушалась. Когда за Грудцына вышла – я в их семью пошла. У них было семеро детей, мать больная.
В Колчаново селились кто после ссылки, а кто из «беглых». Как пошла волна раскулачиваний, некоторые, не дожидаясь, сбегали от репрессий. Жили замкнуто, о себе никому не распространялись. Тогда много таких селян по сибирской тайге, по рудникам появлялось.
Я работала на Белопильне – километра полтора от Шипилинска. Там еще на горе – известку жгли. Два года в шахте на откате трудилась. От проходной рассечки, в каждой три забойщика с кайлой, от них по два откатчика. В тачку насыпаешь руду и катишь. Чуть задержалась – очередь. Нужно держать ритм, не зевать. Немного работала, а запомнилось на всю жизнь.
Вышла замуж, детей рожать стала. Работала в магазине от Коммунаровского продснаба, потом завскладом. Как задумали переезжать, съездили в Июс, там сестра жила, потом в Шира. Понравилось здесь: чисто, сухо, хоть никого из родни и не было. Зато жили семьи из Белопильни: Донцовы, Зуевы, Тундешевы, Акуленко по Советской улице. Там не дружили, а приехали в Шира – держались друг друга. Все белопильненцы, если приходилось заночевать – к тете Марусе Зуихе. Хорошая женщина была, солдатка. И нас на квартиру пустила, а потом через дом стала продаваться избушка, купили, четыре года жили рядом. Много народу тогда моталось по свету. Бежали с родных мест, всего боялись, сторонились и все равно люди тянулись, помогали друг другу…»

Галина Васильевна всю судьбу рассказала, о личной жизни поделилась. Рада была высказаться – одолевают человека мысли, «стоит лишь на подушку склониться». Когда стали прощаться, остановились с хозяйкой на крыльце. Разглядываю старые деревянные узоры, ими украшены веранда, стены дома, ворота. «Сама все вырезала. Понравилось у соседей, полистала книги, стала украшать, – поясняет Галина Васильевна. – Так увлеклась, что все свободное время проводила с ножовкой. Любила рукодельничать, всю жизнь, как мама, цветы разводила. В охотку и мужское ремесло освоила. И сейчас бы занималась, да руки уже не держат. Переехали в Шира более полувека назад, с тех пор много воды утекло, много чего было, а с селом сроднилась, будто тут и родилась».


Любовь ТАРАРИНА

1271

Оставить сообщение:

Рекламный баннер 900x60px bottom