Рекламный баннер 900x60px top
ВалютаДатазнач.изм.
USD 06.12 73.74 0
EUR 06.12 83.24 0
Архив номеров

ИВАН ИВАНЫЧ – ВОЛЖСКИЙ НЕМЕЦ

2015-01-16

Старый пес в теплую погоду любит выходить за ограду. Ложится у калитки, бережно укладывает светлую лобастую голову на передние лапы и греется под солнечными лучами. Во дворе ему делать нечего. Никто не хрюкает, не квохчет, да и хозяин почти перестал стучать топором – молотком. За дровами выйдет, постоит, с псом перемолвится – и домой. На улице хоть машины проезжают изредка или ребятишки пробегут. Пес ушами дрогнет, глаза приоткроет, но лишних движений не сделает. Лаять или носиться ему, в мудром возрасте, не пристало – это радости щенячьи. С соседями встретиться, поздороваться, проводить до крыльца – понятное дело. Свои люди. А это еще что такое? Машина к дому сворачивает. Незнакомец какой-то вылез, а проходить – не проходит. Сигналить вздумал. Боится, что ли? Ну, и правильно делает, сторожа опасаться надо в любом случае. Все равно шум – гам поднимать пес не собирается. Вон дверь хлопнула, хозяин сам разберется, что к чему, что за гость. Гляди-ка, приветствует, улыбается гостю, значит, подниматься надо. Пес встает и важно – вежливо провожает людей в ограду. Здесь стыдиться нечего: полный порядок, зря брошенной палки не увидишь, тем более, мусора какого. Есть кому следить за немудреным хозяйством. Пес и сам себе лишнего не позволит, он хорошего воспитания и привычек.

х х х х х х

За сенками просторная кухня с приличных объемов печью, большим столом и не новыми, но явно привычными в обиходе стульями. Суть встречи и предстоящей беседы Иван Иваныч объяснил еще по телефону, когда решил позвонить в редакцию. В газете «Хакасия» от 23 июля 2014 года прочитал воспоминания к 85-летнему юбилею Генриха Батца, которые написала его сестра, «Единственный, старший, любимый». Батц для многих – известный и талантливый художник (более 150 полотен на выставках), единственный из немцев в Сибири член Союза писателей СССР, а для Иван Иваныча друг с юношеских лет по туруханской ссылке. Познакомились в 1953 году в сельхозшколе, где егерей для колхозов готовили, да так по жизни и не теряли друг друга надолго. Сохранилось фото участников слета в Туруханске у памятника Кирову, Батц – второй справа, сам – в центре. Было дело, и в гости к другу наведаться приходилось, в Селиваниху близ Туруханска, на охоту – рыбалку сбегать. А эта статья сестры, которую тоже знал, разбередила ретивое сердечко. Вот и решил в ширинскую газету позвонить. Журналист здесь туимский работает, с дочками в одних классах учился, с матерью корреспондента хорошо был знаком, наверное, не откажет во встрече старику. Конечно, побеседовать с Иваном Ивановичем Фаллером надо было обязательно.

Что-то неуловимо знакомое было в доме, бывал здесь, что ли? Да, с Надей и Лилей в одном школьном выпуске были, только сестры в А-классе, а я «вэшник», так что до большой дружбы не дошло. А Иван Иванович говорит, что ученикам разрешал собираться в доме целыми компаниями, не жалко и не сотворят ничего худого. И все же – все же, ну, был я в этой кухне. И вспомнилось. В десятом классе, даже на этом кухонном столе, может быть, выводили мы зубным порошком надписи на черных траурных лентах. Все четыре класса выпускников решили сбежать с уроков в кино на «приключения Шурика» – и сбежали. Организатором почему-то посчитали Сашу Бычина как раз из 10 «А» и хотели заставить его вызвать в школу родителей. А он посчитал это совсем уж позорным делом и засадил в грудь заряд из ружья. В ответ старшеклассники решили забастовать и на следующий день в школу не ходить. А это уже ЧП не только туимского, но и районного масштаба. Парткомовцы, райкомовцы и прочие начальники по домам бегали, кого упрашивали, а кого и просто пугали, но уроки состоялись. Группу мало-мальски владеющих плакатными перьями отпустили с уроков, вот мы у Фаллеров и собрались. Помолчали с Иван Иванычем.

х х х х х

Тем временем хозяин принес из залы (так хочется назвать) альбомы с фотографиями, атлас автомобильных дорог СССР и расстелил на столе крупномасштабную карту Красноярского края. Безошибочно ориентируясь, показал неродное родное село Костино, забравшее в судьбу двадцать ссыльных лет. Рядом, но только по карте – не по доступности, Сухая Тунгуска, где жило – бедовало семейство Андрюхи Батца и других немцев. Всех Генрихов (в родном произношении Heinrich) сибиряки Андреями звали.

В Сибирь и Казахстан немцы не по своей воле попали. 28 августа 1941 года вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР о ликвидации республики поволжских немцев – АССРНП – и их переселении. Какая от них угроза исходила, не о том речь, только оказались хозяева основательно крепкой республики в гиблых краях. Первой партии «переселенцев», в которой оказались Батцы, разрешали взять с собой имущество аж до двух – трех тонн. Фаллеров увозили только с тем, что есть на себе да в руках нести могли. До сих пор в памяти картины неубранных полей и мертвых коров, обожравшихся зерна, за Энгельсом. Вагоны, где не то что лечь, а и сесть негде было, непонятно долгие перегоны от станции к станции, умершие в страстотерпкой дороге. Это в сорок первом, а еще до сего дня иной раз вспоминается, как в начале тридцатых в городе грузили на телеги трупы умерших от голода, валяющиеся на улицах. В другом же плане детство было вполне безоблачным. Бегал с ребятишками, учился в школе, помогал по дому. Дед с отцом еще до революции занимались извозом, далеко не частным – государственным делом, хозяйствовали крепко. Со своими лошадьми вступили и в артель «Свой труд», потом в колхоз. Иван Иваныч показывает фотографию отца с пышными казацкими усами. «А они и были казаками», – подтверждает собеседник. Так бы и жили – не тужили, не случись война и ссылка.

Куда везут, никто из Фаллеров и их попутчиков не знал. Очутились в Минусинском районе, на реке Тубе близ Курагина, но и это не конец пути. Весной 1942 года оказались в туруханских краях, где Сталин ссылку героическую отбывал, а местом жительства определили Костино. Деревня большая по северным меркам, с сельским Советом, а работать негде. Впрочем, главное занятие было ясным. Стране нужна была пушнина – мягкое золото, значит, надо было осваивать охоту на соболя, белку, зайца, песца и другое зверье. Какой таежный охотник из четырнадцатилетнего волжского степняка получится, всевышний не знал. Зато знал потомственный следопыт и удивительный стрелок Михей Александрович Чалкин из местного северного народа кето, к  которому прикрепили Ивана. Не было у наставника в тайге, на озерах и речках никаких секретов, за успехи в добыче пушнины он даже орденом Ленина был награжден. К слову сказать, и умер охотник в лодке. В недавнее время Фаллеру довелось читать о нем в газете «Аргументы и факты» – «АиФ на Енисее». Рядом с таким учителем грешно было не стать мастером – добытчиком. Иван Иваныч и стал таким, до 1962 года был профессиональным охотником. А поначалу ни петлю поставить, ни патрон толком зарядить, ни лыжи смастерить… Всему свое время, свой опыт нужен. А еще желание и умение учиться. Будь то охота с рыбалкой или нефтеразведка, в которой Иван Иванычу тоже довелось поработать.

На вопрос об отношении местного люда к ссыльным, да еще и «фрицам» - врагам, ответ был прост и краток, мол, большей частью к ним относились с пониманием беды, в которую те попали. Разве что один из десятка комендантов на ор и мат изводился. А по большому счету дружно жили и все силы отдавали для фронта – для победы. Фаллеру не до литературных формулировок, за спиной пять довоенных классов, а Генрих Батц в книге воспоминаний «1418 и еще один день» написал прямо:

– Сибиряки – это замечательные труженики, простые и добрые, отзывчивые люди. Для них не существуют ни национальные, ни религиозные, ни имущественные разграничения. Ни у кого я не наблюдал зависти к чему бы то ни было. Они, как гостеприимные хозяева, принимают гостей и приглашают оставаться навсегда: «Земли хватает, работы – не занимать». Сибиряки всех возрастов тянутся к знаниям, ко всему новому, крепко стоят на своей земле и смело смотрят в завтрашний день. Это и физически, и духовно здоровые и сильные люди, и на что они способны, еще не раз покажет жизнь.

х х х х х

В 1963 году судьба определила еще одно место жительства, теперь уже по желанию. В детские поволжские края, в тот же Энгельс, съездить не довелось, да и что там делать, близких или родных днем с огнем не сыщешь, а к Сибири привык – вот уж родина так родина. И Иван Иваныч полвека живет в Туиме. До пенсии был плотником в ЖКХ, чуть не со всеми жителями поселка перезнакомился, со многими подружился. По району покатался в шефских командировках от рудоуправления. Из урочища Ключи в Ширинском зерносовхозе два дома и пекарню перевозили на ферму у озера Беле. В «Буденном», то бишь Соленоозерном, с местными немцами приходилось общаться. Да мало ли встреч с хорошими людьми за долгие 86 лет было. «Твою маму хорошо знал, – говорит, – она ведь тоже в ЖКХ работала, потом председателем поссовета была – отзывчивая женшина». Было и такое, спасибо за добрые слова. Совсем пацаненком мне нравилось бегать в котельную, кататься на вагонетках и есть печеную в котлах картошку. Непостижимые времена были, из кочегаров в поссовет определяли. Ну, это к слову. А дядю Ваню и сегодня очень часто навещают супруги Фуртасы, Виктор и Галина, поговорить или по дому помочь. Сам он не забывает зайти к соседу Павлу Наумовичу Любчуку, приболевшему фронтовику. (к сожалению похоронили солдата 20 декабря.) Друзей – знакомых в поселке, пруд пруди, без них по-доброму не жить. Не так давно ребята из школы приходили, зазвали в созданный музей, просили воспоминаниями поделиться, фото подарить.

В большом доме он один. Ушла в мир иной жена, злой рок увел в молодых еще летах дочь Надю и сына Володю, им бы жить да жить, отца радовать. Не случилось. Внуки – правнуки в Шира и Абакане, не каждый день встречаешься. Иван Иваныч смотрит новости по телевизору, читает книги и до последней информации газеты. Иной раз пересматривает альбомы, бережно поглаживая фотографии. Удивился и разволновался, взяв в руки подаренные мной свадебные снимки Володи. Откуда они и по какому поводу появились в редакционном архиве «Ширинского вестника», трудно предположить, но сохранились. Теперь вот в семью вернулись. Так тому и быть.

Василий ИВАНЧЕНКО

Фото автора и из семейного архива

2147

Оставить сообщение:

Рекламный баннер 900x60px bottom
Yandex.Metrica